?

Log in

No account? Create an account

весенняя депрессия


Весною, когда природа пробуждается после холодной зимы, люди наоборот впадают в депрессию и уныние. Психологи утверждают, что это защитная реакция организма на смену сезона и внешнего вида природы. Работа не идет, а ведь любая работа требуют полной отдачи.

 

Тяжело, после чистой, белой зимы в течение марта- апреля видеть серые, грязные улицы с жухлой гнилой травой на газонах. Также частые дожди, смог и утренние туманы не радуют глаз и душу. Не маловажную роль играет весенний авитаминоз.


 

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), депрессия уже вышла на первое место в мире среди причин неявки на работу и на второе - среди болезней, приводящих к потере трудоспособности. А к 2020 году, если верить прогнозам все той же ВОЗ, депрессия займет первое место и в списке самых опасных болезней, обогнав сегодняшних лидеров - инфекционные и сердечно-сосудистые заболевания.

 

Словом, с депрессией шутки плохи. Но и поводов для паники тоже нет.

 

 

Читать дальше...Свернуть )

 


Mein Kampf

Прежде всего стоит помнить о том, что книга эта – политическая. А значит – пропитана ложью. И если факты биографии, детства и юности по крайней мере, вроде бы нет особой необходимости подтасовывать, как только речь заходит о мировоззрении, стоит вспомнить – писал политик.

 

 

Читать дальше...Свернуть )

К слову

Когда Наташка наконец скисла, я обнаружил, что кручу в пальцах нож. Столовый. С прожженной ручкой из пластмассы. Очень даже недурственно кручу. Для такого колчерука, как я, разумеется. Лезвие подмигнуло солнечным (верней, электролампочным) зайчиком, напомнив давний эпизод, когда в ТЮЗе ставили Эдлиса, «Жажду над ручьем». О Франсуа Вийоне. Я тогда шабашил на полставки: фонограмму под заказ монтировал, а потом сидел на музыке. Это сейчас компакт-диск ткнул, и всех делов, а тогда ленту «Свема» ножничками, да ракорды цветные вклей, да следи, чтоб старенький «Юпитер» не зажевал в самый ответственный…

Премьера. Скучаю в будке за пультом. Сцена — как на ладони, зал тоже. Бью баклуши: знай-снимай с паузы, крути громкость, микшируй и снова вовремя на паузу ставь. Главное — не промахнуться. Мне их главный так и сказал перед началом: «Промахнешься — убью». И про сверхзадачу плести начал. А я его на хрен послал. Убьет он меня, Немирович драный, если я их бодягу наизусть знаю! Плюс партитурка рядышком, с ключевыми репликами. В общем, голый робот. И надо же: в зубах давно навязло, на генералках волком от тоски выл — а увлекся, как малолетка в первой кровати.

Одна из самых удачных сцен. Когда Франсуа в исполнении истерика Артема Тарасюка достал всех, и банда собралась его резать. Рыжебородый статист первым выхватывает нож. Красиво — черный плащ крылом взлетает вверх, и из этого крыла (руки не видно!) прямо в луч прожектора высверкивает лезвие. Рыжебородый медленно идет на Артемку, крутя порхающий в пальцах нож — с виду жуткий тесак, а может, и не только с виду, я их режиссера знаю, он же фанат, он пропустит… Тарасюк пятится к рампе. Сейчас главарь банды должен схватить заранее поставленную у задника бочку и с ревом швырнуть ее в братву. Только главарь отчего-то запаздывает. Артемка у самой рампы, дальше отступать некуда. Еще шаг, жест, миг — и нож рыжебородого войдет ему в грудь. Ну же!.. Смесь ужаса и восторга. Взлетает мрачное крещендо «Чаконы» Ганса Найзидлера, с «подписанной» сзади грозой — рука машинально выводит громкость на максимум. Я там, в зале, со всеми, я смотрю, как впервые, я жду катарсиса…

Краем глаза замечаю: покраснев от натуги, главарь на арьерсцене с усилием вырывает над головой бочку. Юрка Литвин, бывший морской пехотинец, похож сейчас на Верещагина из «Белого солнца пустыни». Ваше благородие, госпожа Удача… Зачем пуп рвать, она ж пустая?! Рев главаря заглушает музыку к едрене фене, лютни не слышно, «Чакона» сдохла, одна гроза огрызается хриплым лаем грома. «Кореша», включая рыжебородого, шарахаются врассыпную, тараканами от хозяйского тапка. Перед рампой с грохотом разлетается в щепки бочка, из нее — чертова уйма песка… часть просыпается в зал, на ноги первому ряду…

Овации. Зал рукоплещет. Я — тоже, даже не заметив, когда успел снять звук и нажать «паузу». Здорово! Но странное чувство не дает покоя, отравляя катарсис. Да, театр. Да, пьеса. И, тем не менее, трудно отделаться от мысли: если бы рыжебородый все-таки зарезал Тарасюка — катарсис был бы полным! А он мог, я нутром чую — мог бы… Что за чушь в голову лезет?!

После премьеры выяснилось: утром не в меру ретивый пожарник насыпал в бочку-реквизит кучу своего противопожарного песка! Юрка Литвин, хватаясь то за спину, то за живот и ругаясь, как целый взвод морской пехоты, собрался набить пожарнику морду, но не нашел.

А чувство ущербности катарсиса я запомнил, наверное, на всю жизнь.

(Г.Л. Олди, «Ваш выход, или Шутов хоронят за оградой»)


 

И еще немногоСвернуть )

 


Скорлупарь

Победа над собой - банальность, замусоленная тысячей языков. Монета, стершаяся от долгого хождения в легендах и притчах, наставлениях и моралитэ. Сколько не тверди на перекрестках о величии такой победы, она не станет для людей привлекательней. Тысячи целей, куда более внятных, заслонят бедную замарашку, оттеснят в сторону и будут правы.
"Я" - не лучшая мишень для триумфальной стрелы.
Победиться - глагол, которого не существует в нашей речи. Нет глагола, значит, нет и действия? Иногда я счастлив, догадываясь, что наша речь несовершенна; иногда радуюсь, зная, что где-то кто-то все-таки, не смотря ни на что, побеждается; иногда просто молчу.

Из записей Нихона Седовласца
 

Захребетник


Кристобальд Скуна, основатель храма Шестирукого Кри, очень любил театр. Однажды, в редкую минуту откровенности, он сказал Джеймсу, что глубже всех в сущность боя проник Томас Биннори, бард и драматург, когда писал трагедию "Заря". "Почему?" - удивился Джеймс. Будучи в восторге от "Зари", он тем не менее не заметил там каких-то боевых тонкостей.
"Ты читал ремарки?" - спросил Шестирукий Кри.
"Читал. Ничего особенного. "Дерутся. Один падает" И все".
"Вот-вот, - усмехнулся гипнот-конверрер. - Дерутся. Один падает. Я же говорю: этот бард понимает лучше всех..."

уровень Advanced

Олег с Ленчиком отошли чуть в сторону и принялись обсуждать какие-то изменения программы в группе инструкторов-стажеров, а я достал сигареты и закурил. Дела сэнсэйские - не про меня. Ленчик же не влазит с советами, когда мы при нем свои сюжеты обсуждаем! Ленчик умный, и я умный, и Олег тоже ничего, а вокруг... нет, не так. Ошибочка вышла. Ленчик дурак, и я дурак, и Олег дурак круглый-нешлифованный, а вокруг сплошные умницы-разумницы табунами бегают. Во всем разбираются, куда пальцем ни ткни! - в медицине они патологоанатомы, в литературе гоголи-моголи, в политике канцлеры-премьеры... Про "кулачный бой" я даже не говорю, здесь каждый - Ван Дамм. И вам, значит, дам, и нам дам, и по мордам, и по всякому. Влезешь, бывало, в Сеть (причем в литературные конференции, не в спортивные!) - и взгляд сам спотыкается о свежую мудрость поколений типа:
"Для противостояниявооруженному противнику вполне достаточно пяти-шести лет занятий любым из боевых стилей либо трех-четырех лет в одной из энергетических школ; так что любой, дошедший до уровня "Advanced"..."
Очень хочется взять себя в руки. А еще взять в руки... нет, не топор. Я все-таки не убийца виртумальных трепачей, да и лавры Раскольникова меня не прельщают. Возьмем, для вящего примера, ручку от швабры. Толстую такую ручку, лучше дубовую. И попытаемся сим весомым аргументом доходчиво объяснить автору мудрых строк: великий и могучий уровен "Advanced" - это в компьютерных играх, где всегда можно перезагрузиться после неудачного противоседения или противолежания; да еще в тусовке для лысых орлов, птиц не столь редких, как утверждает Красная книга.
О бог мои, яду мне, яду!
Дусту мне, дусту!..
Пять-шесть лет... срок, реально годный лишь для противостоянию совершенно конкретному противнику, вооруженному, самомнением и гордыней. Самому себе. Сумеешь победить, сумеешь понять, как мало ты знаешь-умеешь и как это здорово, потому что впереди непочатый край работы... "так что любой, дошедший до уровня "Advanced"..."
"У-у-у, повбывав бы!" - как в старом анекдоте.


Г.Л. Олди, "Нопэрапон"
 


скорпион

Скорпио́ны (лат. Scorpiones) — отряд класса паукообразных (Arachnoidea), подтипа Хелицеровых (Chelicerata), типа членистоногих (Arthropoda). Принадлежащие к этому отряду животные — исключительно наземные формы, которые встречаются лишь в жарких странах. Всего известно около 1200 видов скорпионов. Среди них и самые большие паукообразные, такие как гвинейский императорский скорпион, достигающий в длину 180 мм, и самые маленькие - длиной всего 13 мм.

 

Читать дальше...Свернуть )